Что таит в себе пустыня?

«Белые пятна» Центральных Каракумов.   В Кизыл-Арвате мы простились с железной дорогой, и наш отряд в составе 24 человек взял курс на север…

прошел в 1881 году для военной рекогносцировки поручик Калягин. Судя по описаниям Калитина, район его маршрута был тогда густо заселен, а в колодцах Лайлы была хорошая пресная вода. Но из наших проводников никто уже не помнил времени, когда лайлинские колодцы действовали, хотя на прекрасном, твердом и огромном такыре были отчетливо видны канавки для сбора воды.

В этом районе нашим отрядом впервые проводились детальные геологические и теоботанические работы, были определены три астрономических пункта большой точности и восемь экспедиционных малой точности, заложена густая сеть гравитационных точек.

Весь Пишкенский район очень интересен. Здесь можно видеть много разнообразных типов пустыни, местами припудренной перевеянными песками. На горизонте часто заметны горки — останцы, свидетели некогда существовавшего плато. В районе Пишке видны контакты разных геологических образований — песчаников заунгузской свиты, озерных сарыкамышских отложений, современных песчаных скоплений и третичных морских осадков.

Близ урочища Пишке сохранилась древняя речная сеть, некогда жившая, а теперь мертвая, сухая.

Поэтому нам казалось, что для науки, для дела исследования пустынь Туркмении район Пишке должен быть хорошо изучен. Где еще в Каракумах мы могли встретить такое сочетание особенностей геологической истории? Именно здесь некогда бушевало море, а затем сюда приносили массу материала громадные водные потоки. Из песка, глин создавались отложения заунгузских кыров.

Еще сравнительно недавно пески Пишке омывались волнами Сарыкамышского озера. Озеро было пресным, и жившие в его водах моллюски оставили много ракушек, сохранившихся до наших дней. Затем высохло и Сарыкамышское озеро. Ветер остался единственным хозяином в этих местах. Он перевевает и переносит песчинки и укладывает их, как художник, то в прихотливые гряды, то в барханы, то в бугры, красивой бархатной рябью украшая их поверхность.

Экспедиция должна была надолго задержаться в районе Пишке, но мы не знали, имеются ли там действующие колодцы. От этого зависело главное — сможет ли экспедиция выполнить задание.

Была еще ночь, когда проводник нашего отряда Ходжа Казак проснулся и посмотрел на небо. На востоке ярко блестели крупные звезды Ориона. В воздухе стояла прохлада, которая бывает только перед рассветом. Еще несколько часов — и безжалостно будет жечь солнце, низко над землей будет дрожать раскаленный воздух. А пока прохлада приятно освежала тело.

Одновременно с Ходжой Казаком поднялся и я. Уже давно не спалось, я только ждал, когда встанет проводник.

— Пора ехать,— сказал Казак.— Три звезды уже высоко в небе. Мы не успеем проехать еще половину мезиля, как покажется солнце. Нужно торопиться, путь сегодня большой и жаркий.

Мезиль (мензиль) — туркменская мера пути, равная одному верблюжьему переходу (21—25 км). Иногда караван делает в день два мезиля — утром и вечером. Улу-мезиль — большой мезиль — переход без отдыха на 40—45 км.

Лагерь экспедиции спал. Тлели последние угольки костра. Складные койки сотрудников стояли в ряд у палаток. Верблюды разбрелись в поисках корма. Кони хрустели ячменем и тревожно фыркали,, как бы недоумевая, зачем их седлают, когда весь лагерь на месте и никто не собирается грузить вьюки на верблюдов.

Оглавление

Самая детальная информация moldova translator у нас.

Copyright © Sitebook Company 2009

Иллюстрации

01

02

01

02